я

Утёс Банзай, окончание

728309

Через несколько дней боев всем стало ясно, что японцы не в силах сдерживать противника. Тем не менее, генерал Саито отдал приказ оборонять каждый рубеж и опорный пункт, не отступая ни на шаг. Выполняя этот приказ, японские солдаты сопротивлялись до последней возможности, а, оказавшись в окружении и без боеприпасов, - взрывали себя гранатами, чтобы не попасть в плен. Наиболее "везучим" при этом удавалось подрывать еще и американских солдат, поэтому американцы вскоре перестали брать пленных, добивая на расстоянии любого японца, подававшего признаки жизни. Японские ДЗОТы, блиндажи и иные укрытия они расстреливали из танков и выжигали огнеметами, а потом для надежности утрамбовывали гусеницами или бронебульдозерами.

Тем не менее, продвижение американцев было медленным, не более двух километров в день. Им приходилось наступать очень осторожно и осмотрительно, так как из-под любой кочки, коряги или груды камней в любой момент мог ударить пулемет или снайпер. Порой такие тщательно замаскированные и соединенные подземными ходами огневые точки внезапно "оживали" на, казалось бы, давно зачищенной территории. Для поиска скрывающихся под землей японцев американцы использовали специально обученных собак.

К шестому июля американцы заняли весь остров, за исключением его северной оконечности - высокого скалистого мыса Марпи, на котором сосредоточились остатки гарнизона - от четырех до пяти тысяч военных (учет уже давно не велся), а также несколько тысяч гражданских жителей острова, бежавших от американцев. Их положение было абсолютно безнадежным, о чем им непрерывно объявляли через мощные громкоговорители американские пропагандисты, владевшие японским. К тому времени генерала Саито и адмирала Нагумо уже не было в живых. По одним данным, они погибли при артобстреле, по другим - застрелились или сделали сэппуку.

Американцы прекратили наступление в надежде, что враг, наконец, проявит благоразумие и сложит оружие. Но на настойчивые призывы сдаться японцы ответили последней самоубийственной контратакой. Неизвестно, кто отдал приказ, или же это был стихийный фанатичный порыв, но в ночь с 7 на 8 июля более трех тысяч солдат, включая раненых, способных передвигаться, неорганизованной толпой ринулись с криками "Банзай" на американские пулеметы. Их безумный натиск был столь неудержим, что, несмотря на адский огонь, они захватили первые линии окопов и перебили всех, кто там находился.

Однако вторую линию обороны японцам прорвать не удалось, хотя некоторые добрались даже до батальонных командных пунктов. В атаке погибли все ее участники, американцам же она обошлась в 650 убитых, двое из которых посмертно получили высшие военные награды - Почетные медали Конгресса. Но это был еще не конец сайпанской драмы. На следующее утро от тысячи до трех тысяч гражданских, не желавших сдаваться, с тем же криком "Банзай!" бросились в море с 40-метрового обрыва на торчащие из воды обломки скал. Многие женщины кидали вниз своих детей, а потом прыгали сами. Вместе с ними покончили с собой японские солдаты, по каким-то причинам не принимавшие участие в ночной контратаке.

Неизвестно, сколько людей совершили этот массовый суицид, но через несколько дней капитан американского патрульного катера, шедшего вдоль северной оконечности Сайпана, радировал, что он не может двигаться дальше, поскольку все море, насколько хватает глаз, покрыто сплошным слоем разлагающихся трупов и его команда задыхается от ужасного смрада.

С тех пор американцы называют скалу на краю мыса Марпи Banzai Cliff - утесом Банзай. Захват Сайпана обошелся им в 3478 человек убитыми и 13208 - ранеными. У японцев погиб весь гарнизон - 30 тысяч солдат и офицеров, за исключением 920 человек, не исполнивших свой священный долг и попавших в плен, вместо того чтобы по-самурайски отдать жизнь за императора. Правда, почти все они оказались в плену, будучи тяжело ранеными или контужеными. Потери среди гражданского населения установить невозможно.

На заставке - современный вид утеса Банзай. Слева виднеется японский мемориальный комплекс с символическими надгробиями-кенотафами тех, кто покончили с собой на этом утесе 8-9 июля 1944 года.


patrol

Американские морпехи наступают сквозь выкошенный артиллерией лес.

17

Работает огнеметный танк "Стюарт-флэймган".

maria5

"Шерманы" на Сайпане, обратите внимание, что второй танк в колонне несет бульдозерный отвал.

Ph 7 Saipan034 Sugar Mill Charan-Kanoa

Разрушенный сахарный завод, в котором оборонялись японцы.

USA1

Редкий кадр: японцам как-то удалось сжечь сразу два "Шермана".

yL6Vxyo

Сайпанские мирные жители, уцелевшие в боях и не ставшие жертвами суицида. К сожалению, таких было немного.

CPEOCUB

Американский морской пехотинец с трофейным ручным пулеметом.

16-inch-shell-like-a-sit.jpeg

Другой морпех инспектирует свой ботинок, сидя на неразорвавшемся 16-дюймовом снаряде.

7345641766_aa8b842579_k-1024x816

Полевой алтарь из разбитого японского танка.
promo centercigr 16:29, Четверг Leave a comment
Buy for 30 tokens
Благодаря публикациям Бориса Рожина, Алексея Зотьева и Голоса Севастополя, и тем неравнодушным людям, которые откликнулись нам удалось оказать частичную помощь Виктории Магер, девочке, которая попала под обстрел ВСУ и получив сильное ранение, героически спасла сестру... Сейчас для завершения…
Вот что бывает, когда нет воинского духа! Без него японцам не помогло даже всё совершенство их оружия, бгг ))
На Иводзиме японцам удалось изменить соотношение в свою пользу, там они потеряли примерно 18 тысяч убитыми (и покончившими с собой), а американцы - около 7 тысяч убитыми и почти 22 тысячи ранеными. Но там у японцев были гораздо более мощные укрепления, чем на Сайпане.
Почему-то массовой сеппуки у джапсов в боях с РККА не просматривается. Японские пленные вполне радостно сдаются в плен...ИМХО, байки всё это.
Может быть про русских знали, что они не будут отрезать уши и головы для выделки сувениров?

Озверение американцев было вызывано самими японцами. До столкновения с японскими зверствами американцы рассматривали их как обычного врага.

Потому что вся Япония капитулировала, и приказ императора есть приказ императора. Точно также они сдавались австралийцам, британцам и американцам. До капитуляции дрались не менее ожесточенно.

Массовых не было, но отдельные Симонов отмечал.

А если вспомнить КАК японцы встретили своих пленных после Халхингольского размера пленными (тот же Симонов присутствовал) то эппидемия сеппук становится понятно. Вернувшихся из советского плена встречали как зашкваренных в высшей степени...
До приказа японцы очень плохо сдавались. Около 200 пленных за первую неделю боев.

Плюс японцам запустили шнягу что русские будут сдавать пленных японцев китайцам. А этого японцы ОЧЕНЬ ОЧЕНЬ в 1945м не хотели.

Пришлось отдельно в пропаганде на это упор делать. Что мол ни в коем случае пленные японцы к китайцам не попадут.
(Anonymous)
Почему-то массовой сеппуки у джапсов в боях с РККА не просматривается. Японские пленные вполне радостно сдаются в плен...ИМХО, байки всё это.

Потому что император приказал сдаваться. А его воля выше требований бусидо.
> Наиболее "везучим" при этом удавалось подрывать еще и американских солдат, поэтому американцы вскоре перестали брать пленных, добивая на расстоянии любого японца, подававшего признаки жизни.

Вот поэтому в подобном тупом сопротивлении нет ничего славного и героического.
Re: массовый суицид
Даже не знаешь, как к этому относиться. Безумная самоубийственная атака последних японских солдат, стоившая им жизни (причём разменяли 10 своих на одного американца), будь она совершена русскими, однозначно расценивалась бы мной как подвиг. Но японцы в этой войне были стороной нападающей, к тому же запятнали себя военными преступлениями. Так что трудно сказать, что ими в действительности руководило - верность воинскому долгу или банальное желание погибнуть в бою, а не на виселице.

Массовый же суицид гражданского населения, матери, швырявшие своих детей на прибрежные скалы, навскидку вызывает только одну аналогию - выдачу коллаборационистов в Лиенце. И это уже не подвиг, а тупой и бессмысленный фанатизм.
Re: массовый суицид
(Anonymous)
Но японцы в этой войне были стороной нападающей, к тому же запятнали себя военными преступлениями.

Подвиг останется подвигом - кто бы его не совершал. Героический противник вызывает восхищение, трусливый - презрение.

Массовый же суицид гражданского населения, матери, швырявшие своих детей на прибрежные скалы, навскидку вызывает только одну аналогию - выдачу коллаборационистов в Лиенце. И это уже не подвиг, а тупой и бессмысленный фанатизм.

Для меня - подвиг достойный восхищения и подражания.
Но в вопросах жизни и смерти каждый решает сам, что ему дороже - шкура или достоинство. Как говорил мой дед:
"Глупо ругать трусов, не готовых умереть за Родину, они такие не по своей воле, а потому что от природы дефективные. Их не исправить, поэтому я бы гнал их с фронта в три шеи - пусть на заводах горбатятся, так хоть какой-то толк будет. На войне же от них один вред."