я

Две крепости - 2

1 El_Encorazado_Rio_de_Janeiro

Я не случайно назвал предыдущий исторический материал "Две крепости". Дело в том, что спустя 11 лет после описанных в нем событий, на противоположной стороне Земного шара, произолшо сражение, очень похожее на битву за Кинбурн. Однако, помимо очевидного сходства, были и весьма значительные различия, впрочем, судите сами.

Летом 1866 года парагвайцы начали строить на дальних поступах к крепости Умаита береговой форт Курузу. Его 13 крупнокалиберных пушек, нацеленных на реку Парагвай, преграждали водный путь к крепости. Впрочем, “форт” – громко сказано, фактически это был палаточный лагерь с несколькими блиндажами, опоясанный рвом и невысоким, довольно пологим земляным валом, на который можно было взобраться без лестниц. Столь слабые укрепления не обеспечивали надежной защиты от артиллерии, а более мощных рубежей парагвайцы соорудить не успели.

После провала наступления в Бокерон де Пирис командование антипарагвайской коалиции решило вновь задействовать флот. Целью для очередной атаки закономерно стал Курузу, как самое передовое береговое укрепление противника. В ночь на 1 сентября к нему подошла бразильская эскадра в составе пяти броненосцев: “Тамандаре”, “Рио-де-Жанейро”, “Байя”, “Баррозо” и “Лима Баррос”, а также – семи деревянных канонерок и нескольких пароходов с десантом. На транспортах находилось 8385 бразильских и около 1000 аргентинских солдат под общим командованием бразильского генерала Маноэла де Сузы. Гарнизон Курузу насчитывал, по разным данным, от 2500 до 2800 человек, но бразильцы надеялись значительно проредить его перед штурмом.

Бомбардировка началась в 7.30 утра. Береговые пушки отвечали довольно метко, но против броненосцев их чугунные ядра были бессильны – 68 попаданий и ни одного пробития. Обстрел продолжался более четырех часов и нанес парагвайцам большие потери, а затем бразильцы, по латиноамериканской традиции, ушли на сиесту.

Пока они отдыхали, парагвайцы с противоположного берега реки пустили на врага по течению несколько плотов-брандеров, груженных бочками с порохом. Однако все эти “торпеды” были вовремя обнаружены и расстреляны. А чтобы угроза не повторялась, бразильцы высадили на берег 800 десантников и захватили базу брандеров.

Следующим утром обстрел возобновился. Поначалу всё шло как раньше – бразильские снаряды десятками выкашивали защитников Курузу, а парагвайские ядра с гулким лязгом били в железные борта броненосцев и отскакивали как мячи. Но в этот день бразильцы получили еще один сюрприз. Примерно в два часа пополудни под днищем головного броненосца “Рио-де-Жанейро” один за другим прогремели два взрыва.

Корабль сразу осел на корму и под восторженные крики парагвайцев начал быстро погружаться. С него спустили шлюпки, однако, спастись удалось не всем: 57 из 148 офицеров и матросов погибли при взрывах или утонули вместе с броненосцем. Среди погибших был и капитан “Рио-де-Жанейро” Америко Сильвадо. Так парагвайцы впервые в Латинской Америке успешно применили противокорабельные якорные мины.

Однако уничтожение “Рио” нисколько не улучшило положение оборонявшихся. Эскадра не прекратила обстрел, а на следующий день армия Маноэла де Сузы высадилась на берег неподалеку от форта и частично блокировала его с суши. Гарнизон к тому времени уже потерял более 600 человек убитыми и ранеными, а остальные были серьезно деморализованы. Поэтому, когда 3 сентября солдаты де Сузы пошли на приступ, они не встретили упорного сопротивления. После недолгой схватки парагвайцы поодиночке и группами начали сдаваться.

Видя, что отразить штурм не удастся, а солдаты выходят из повиновения, командир гарнизона полковник Хименес собрал вокруг себя нескольких офицеров и примерно 600 бойцов, еще подчинявшихся приказам. Этот отряд во главе с полковником с боем вырвался из форта и ушел в джунгли. Бразильцы его не преследовали. Остальные защитники Курузу вскоре сложили оружие. Взятие укрепления обошлось союзникам в 203 человека убитыми и 628 – ранеными, включая погибших моряков с потопленного броненосца. Парагвайцы потеряли гораздо больше – 832 убитых и 1300 пленных, многие из которых были ранены или контужены.

Отряд Хименеса на следующий день добрался до Умаиты, но там его ждал суровый прием. За сдачу форта и отступление без приказа полковника разжаловали в сержанты, других офицеров – в рядовые, а к солдатам применили децимацию: каждый десятый был расстрелян перед строем. Всего, по данным английского историка Терри Хукера, 10 сентября 1866 года казнили 63 бывших защитников форта. Дисциплина в армии парагвайского диктатора держалась на таких наглядных примерах.

Дальнейшая судьба Хименеса - неизвестна, но вряд ли бывший полковник пережил войну, так как в послевоенных парагвайских документах о нем нет никаких упоминаний. А как Вы считаете, кто поступил более правильно - Кохановский, сдавший свою крепость, или Хименес, пытавшийся сражаться до последней возможности и получивший за это "по заслугам"?

На заставке - тонет подорвавшийся на минах бразильскийй броненосец "Рио-де-Жанейро".

Curuzu_

Бразильцы и аргентинцы штурмуют оборонительный вал форта Курузу.

2 Battle_of_Curuzu_by_Vitor_Meireles

Рисунок бразильского художника Виктора Мереллеса, изображающий момент взятия форта. Ради красоты картинки автор погрешил против истины, так как кавалеристы в этом бою не участвовали.

3 soldadosparaguaios

Аргентинский солдат и пленные парагвайцы.
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
парагвайцы кроме одного европиоиды. аргентинец тоже.
Довольно европейские лица у парагвайцев и довольно неевропейская одежда..
так потомки колонистов.

А вот одежду и образ жизни за 300 лет поменяли
А к коменданту Кинбургской крепости претензии впоследствии со стороны Александра I были?
Не, им только за заколачивание скреп плотють.
У этого лопеса чокнутого, видимо полковников и других грамотных офицеров было завались... Ну а солдатиков, так вообще как грязи.
Интересный подход. Тех, кто принимал решения разжаловали, а тех, кто просто подчинялись - расстреляли.
все логично, их уже некуда было разжаловать. Ну а делать то что то с ними надо!
Кохановский так же сражался до последней возможности. И в отличие от Хименеса ему некуда было прорываться -русские не умеют ходит по воде аки Христос. Хименес же так же исполнил свой долг до конца. Я так считаю.
парагваец выступил круче, а наказан суровее.
возможно, эти вещи как-то связаны.))
Re: парагваец выступил круче, а наказан суровее.
Это связано, прежде всего, с тем, что в тогдашнем Парагвае режим был гораздо более жестокий и параноидальный, чем в царской России времен Крымской войны. Там казнили за любую мелочь, например одного солдата расстреляли за то, что он по пьяни назвал президента Лопеса "толстым индейцем".
Решение уходить или сражаться до конца - зависит от человека. И оба решения осуждать нельзя. Если оборона реально бесполезна и нанесение противнику потерь попросту уже невозможно - наверно, можно с боями уходить или даже сдаться, сохранив жизни солдат. А с другой стороны - ненавидеть врага больше смерти и умирать, забрав с собой хоть одного вражеского солдата - тоже достойно и неосуждаемо.
(Anonymous)
Ситуации слабо сравнимы.У парагвайского гарнизона положение было легче.
Это были две разные по характеру войны.
Парагвайцы воспринимали свою войну, как тотальную, на уничтожение. Любое отступление, тем более сдача расценивалась, как преступление, измена.
Крымская война для русского общества была еще одной в череде войн с "Бонапартием". Была свежа память о неудачах, затем о 12 годе и все закончилось счастливо, в Париже, в 14... Война не воспринималась, как угроза существованию государства, народа и веры.
Более того, враг не расчеловечивался, к врагу относились с уважением и сочувствием. К нему русский солдат относился снисходительно, мифически полагая, что все равно, в конце концов, наша возьмет, как в 1812 году...
Поэтому войну вели "по правилам", которые вполне допускали и отступление и сдачу в плен в безвыходной ситуации.
Союзники, кстати, тоже, сдавались будь здоров...

(Anonymous)
Книигу-у! Книигу-у! Книигу-у! )
Будет, будет книга. Скоро дам более конкретную информацию по издательству и срокам.
(Anonymous)
Где ваша книга? Когда выйдет?