Авиамастер (vikond65) wrote,
Авиамастер
vikond65

Category:

Аргентинская гекатомба



Сегодня исполнилось ровно 155 лет сражению при Курупаити - одной из самых масштабных битв Южной Америки и крупнейшеего триумфа парагвайцев в Великой войне 1864-1870 годов. Однако этот успех не принес им общей победы, а лишь продлил агонию Паргагвая, вступившего в отчаянную и безнадежную схватку сразу с двумя наиболее мощными державами континента. В память о годовщине этого события я решил запостить посвященную ему главу из своей книги "Великая парагвайская война", ведь наверняка не все вы ее читали.

Главнокомандующий объединенной армии антипарагвайской коалиции, президент Аргентины Бартоломео Митре 13 сентября 1866 года прибыл в недавно отбитый у парагвайцев береговой форт Курусу. Армия насчитывала 17 тысяч бойцов: восемь тысяч бразильцев и девять тысяч аргентинцев.

В предстоящем наступлении главная роль отводилась аргентинскому контингенту. Вероятно, это объяснялось не только тем, что он был более многочисленным, но и тем, что Митре хотел дать своим солдатам возможность отличиться, а заодно и показать бразильцам, что аргентинцы, которые раньше находились на вторых ролях, тоже умеют воевать.

Штурм парагвайской оборонительной линии, сооруженной в районе поселка Курупаити, был намечен на 17 сентября, но тут в планы союзников вмешалась “небесная канцелярия”. Накануне ночью начался сильный ливень, шедший без перерыва четверо суток. Наступление пришлось отложить и ждать, когда распогодится.

21-го дождь, наконец, прекратился, и атаку назначили на следующий день. В 7 часов утра 22 сентября, в соответствии с составленным Митре планом, началась артподготовка. Поскольку полевой артиллерии у союзников было мало – всего 13 трофейных пушек, сокрушить вражескую оборону поручили морякам, недавно сыгравшим решающую роль во взятии Курусу.

Однако план не учитывал того, что в двухдневной бомбардировке форта бразильские броненосцы израсходовали почти весь боекомплект, а новых боеприпасов им подвезти не успели. К тому же, на позициях у Курупаити парагвайцы благодаря глубоким траншеям и блиндажам были гораздо лучше защищены от ядер и бомб, чем в недостроенном форте. За два часа бразильская эскадра произвела примерно 500 выстрелов, опустошив свои снарядные погреба, однако ущерб от обстрела был минимальным.

Тем не менее, как только умолкли пушки, союзные войска под барабанный бой и звуки горнов двинулись в атаку. На левом фланге побатальонно наступали 2-я и 3-я бразильские бригады, в центре – 1-я и 4-я аргентинские дивизии, а на правом фланге – 7-я и 8-я аргентинские бригады. При этом только бразильцам предстояло проделать весь путь до вражеских укреплений по суше, аргентинцам же приходилось форсировать вброд широкую лагуну Мендес. Демонстрируя благородство перед союзником, Митре возложил на своих солдат более трудную задачу.

Помимо ружей, многие солдаты несли сделанные из жердей и веревок штурмовые лестницы, чтобы по ним взбираться на пятиметровый оборонительный вал. Им относительно легко, хотя и не без потерь, удалось занять передовую траншею, но дальше аргентинцев ждал неприятный сюприз. Лагуна, глубина которой обычно не превышала метра, от дождей разлилась, став гораздо шире и глубже.

Зайдя в воду, атакующие нащупывали ногами топкое дно, погружаясь сперва по колено, потом – по пояс. Солдатам пришлось снять патронташи и вместе с ружьями нести их в поднятых руках, чтобы не намочить бумажные патроны, а глубина продолжала расти. При этом парагвайцы из-за бруствера осыпали их пулями.

Вскоре аргентинцы из правофланговых бригад, атаковавшие на самом глубоком участке, поняли, что форсировать лагуну вброд им не удастся. Они бросились обратно к берегу, на котором скапливалось под огнем все больше их товарищей, не знавших, что делать дальше.

В центре, где наступали 1-я и 4-я дивизии, глубина оказалась меньше, и атакующим удалось пересечь водную преграду. Увидев это, солдаты с правого фланга устремились туда же. Возле участков, где переправа была возможна, быстро собралась большая толпа. Стреляя в нее, парагвайцам даже не надо было тщательно прицеливаться, почти каждая пуля и так находила свою жертву.

Но, несмотря на потери, аргентинцы упорно шли вперед. Очередная заминка возникла перед засеками из поваленных деревьев. Перелезать через них с ружьями и лестницами было долго и трудно, а парагвайцы стреляли уже с совсем близкой дистанции, причем к ружейной пальбе добавились опустошительные залпы картечи.

Кое-как преодолев завалы, солдаты прыгали в ров и напарывались на вкопанные в дно заостренные колья, скрытые под заполнившей его дождевой водой. И все же, многим удалось достичь вала, однако тут выяснилось, что наспех сделанные перед штурмом лестницы – слишком короткие. К тому же они зачастую ломались, не выдерживая веса человеческих тел, так как из-за халатности их не проверили перед штурмом. Тех бойцов, кому все же удавалось вскарабкаться наверх, парагвайцы сбрасывали обратно в ров штыками и выстрелами в упор.

Бразильцам на левом фланге пришлось немногим легче. Отведнный им для наступления перешеек между рекой и лагуной превратился в липкую раскисшую жижу, в которой ноги вязли по щиколотку. Солдатам пришлось не бежать, а медленно брести в атаку, представляя собой отличные мишени. Дойдя до завалов и потреяв в них десятки человек, бразильцы даже не стали форсировать ров, а побежали назад, если можно назвать бегством ковыляние по болоту. Парагвайские пули еще долго били им в спины.

Митре непрерывно получал доклады об огромных и стремительно растущих потерях, однако, он никак не хотел смириться с неудачей. Наблюдая за битвой в подзорную трубу, он видел, что в центре его солдаты, преодолев все преграды, упорно лезут на вал, а на бруствере уже мелькнул бело-голубой аргентинский флаг, правда, сразу пропал, а на его месте вновь взвился красно-бело-синий флаг Парагвая.

В надежде переломить ситуацию Митре в 13.00 послал в атаку свой “золотой резерв” – 2-ю пехотную дивизию добровольцев Буэнос-Айреса. Исполненная патриотизма столичная молодежь в новеньких, не успевших запачкаться темно-синих мундирах – элита аргентинской армии, среди которой было немало отпрысков аристократических семей, отважно устремилась вперед по заваленному трупами и залитому кровью полю. Для большинства солдат это был их первый бой и он же стал последним.

Первые ряды атакующих смело картечью, но остальные, перебравшись через завалы и ров, ставший совсем мелким от заполнивших его тел, стали взбираться по откосу. Часть солдат, укрывшись за засекой, начала отстреливать парагвайцев, которые вели огонь из-за бруствера. Это позволило нескольким десяткам аргентинцев подняться на вал и вновь водрузить там флаг, но их тут же опрокинули и сбросили вниз штыковой контратакой.

Вскоре в ставку Митре прискакал очередной курьер, доложивший, что 2-я дивизия разбита и не в силах продолжать бой. У генерала в резерве оставались еще несколько аргентинских батальонов и бразильская бригада, но посылать и их на верную смерть уже не имело смысла. В 16.00 Митре приказал горнистам трубить сигнал к отступлению, хотя в этом не было нужды –  выжившие участники штурма возвращались самостоятельно, без приказа.

Парагвайцы их не преследовали, хотя у их командира полковника Хосе Эдвиго Диаса была реальная возможность воспользоваться моментом и превратить свой успех в триумф. Ударив всеми силами в спину отступающим аргентинцам, он имел шанс наголову разгромить неприятеля, отбить захваченную в Курусу артиллерию, а возможно и сам форт. Этому способствовало отсутствие боеприпасов у бразильского флота, который уже не мог оказывать огневую поддержку наземным войскам.

Однако полковник предпочел “синицу в руках”, отправив своих людей не в контратаку, а на сбор трофеев. Вместе с оружием и амуницией парагвайцы собирали на поле боя всё, что представляло хоть какую-то ценность, без стеснения раздевая догола трупы вражеских солдат и офицеров. Найденных на поле боя тяжелораненых они безжалостно добивали, легкораненых уводили в плен, а останки убитых врагов – сбрасывали в реку, по которой их несло течением мимо форта Курусу и бразильской эскадры. Очевидно, это делалось не только из-за нежелания рыть могилы, но и для психологического воздействия на неприятеля.

Штурм “линии Диаса” примечателен тем, что при его подготовке были совершены, пожалуй, все ошибки, какие только можно совершить в создавшейся ситуации. Перед атакой не проводилось ни разведки местности, ни полноценной артподготовки, ни инженерного обеспечения. Заготовка нормальных штурмовых лестниц и перекидных мостиков для преодоления рва намного повысила бы шансы на успех, а своевременный подвоз боеприпасов для флота позволил бы ему оказать куда более эффективное воздействие на противника.

Также непонятно, почему Митре послал солдат в атаку по ставшей почти непроходимой из-за многодневных дождей территории, не дожидаясь, когда земля просохнет, а в лагуне снизится уровень воды. Возможно, его поспешность объяснялась опасением, что в связи с наступлением сезона дождей затяжные ливни могут возобновиться.

Как бы там ни было, попытка штурма обошлась альянсу очень дорого. Аргентинцы, согласно официальным данным, потеряли 983 человека убитыми и 2002 – ранеными. Многие знатные дамы Буэнос-Айреса надели траур по погибшим мужьям и братьям, а вице-президент страны, министр просвещения и аргентинский посол в США лишились своих сыновей.

Бразильцам авантюра Митре обошлась в 408 убитых и 1338 раненых. Таким образом, совокупный урон альянса, согласно официальным сводкам, превышал 4700 человек. Неофициальные оценки были гораздо выше. Некоторые источники называют цифры в 8000 и даже 10000 убитых и раненых союзников, но это явное преувеличение. Тем более, что парагвайские потери на этом фоне были абсолютно ничтожны – всего 23 убитых и 79 раненых.

После столь тяжелого нокдауна союзная армия надолго утратила наступательную способность и боевой дух, а когда вести о размерах потерь достигли аргентинской глубинки, там вспыхнули антипрезидентские бунты, едва не приведшие к свержению Митре. Для их подавления даже пришлось снимать войска с фронта.

Еще одним последствием катастрофы при Курупаити стало обвальное падение авторитета аргентинского лидера среди союзников. Бразильский генерал де Суза саркастично заявил в офицерском кругу, что Митре, возможно, наделен многими талантами, но только не полководческим, а потому ему надо держаться подальше от фронта. Аналогичные едкие высказывания допускал и генерал Полидоро.

Разумеется, Митре докладывали об этих разговорах, и они сильно его раздражали. Хотя, в глубине души президент понимал, что насмешки во многом справедливы и что он в гораздо большей мере политик, нежели военачальник, смириться с подобным отношением он не мог. В отношениях между союзниками пролегла глубокая трещина, грозящая расколом коалиции.

Узнав об этом, бразильский император резко погасил конфликт, назначив 10 октября новым командующим бразильской армией 63-летнего генерала, носившего дворянский титул герцога де Кашиаса и длинное аристократическое имя Луиш Алвиш ди Лима э Силва. Этот опытный полководец, ветеран нескольких войн обладал непререкаемым авторитетом в бразильской армии, да и многие аргентинцы относились к нему с уважением.

Чтобы еще более повысить его статус император произвел Кашиаса в маршалы, таким образом, герцог стал обладателем самого высокого воинского звания среди союзников. Митре ради общего дела пришлось согласиться с тем, что прибывший 18 ноября в Туюти де Кашиас взял на себя командование объединенной армией и планирование предстоящих боевых операций.

В общем, поражение при Курупаити стало для антипарагвайского альянса самой серьезной с начала войны проверкой на прочность. Но оно не разрушило единство коалиции и не сломило упорства бразильского и аргентинского руководства в их стремлении довести войну до победного конца.

Однако, пока что, победителями чувствовали себя парагвайцы. Диас стал национальным героем и одной из наиболее почитаемых в стране фигур. По популярности он уступал только президенту и верховному главнокомандующему Франсиско Солано Лопесу, который наградил его орденом и устроил в крепости Умаита пышный банкет в его честь.

Но звездный час полковника оказался коротким, как и его жизнь. 7 февраля 1867 года Диас решил лично принять участие в разведывательном рейде на каноэ по реке Парагвай. Неосмотрительно подплыв слишком близко к вражескому флоту, он получил пулевое ранение в ногу от стрелка с бразильского корабля. Пуля раздробила кость, в госпитале ногу ампутировали, но врачи не смогли предотвратить заражения крови и через несколько дней герой Парагвая умер в возрасте 32 лет. Незадолго до этого президент лично навестил Диаса и объявил о присвоении ему генеральского звания, но метавшийся в бреду полковник его уже не слышал...


Президент Аргентины Бартоломео Митре, командующий бразильским контингентом в битве при Курупаити генерал Маноэл де Суза и парагвайский полковник Хосе Эдвиго Диас.


Защитники линии Курупаити.

2509701_original
Разрез оборонительного вала линии Курупаити. Виден артиллерийский блиндаж, 24-фунтовое орудие на корабельном лафете, обшитый досками стрелковый окоп, ров с кольями и засека из поваленных деревьев. Прорисовка чертежа, сделанного в 1866 году бразильким военным инженером.
Tags: Великая Парагвайская война, История, Латинская Америка, армия, униформа
Subscribe

  • Убийство императрицы

    Ровно 105 лет тому назад, 20 октября 1916 года, за четыре месяца до падения Российской империи, в Севастопольской бухте из-за серии мощных…

  • Дрессировщик дирижаблей

    Как известно, первый паровой дирижабль Анри Жиффара впервые поднялся в воздух еще в 1852 году. Но только спустя полвека живший и работавший во…

  • Антиваксер под микроскопом

    В интересное время живем: Россия, занимающая "почетное" 89-е место в мире по темпам вакцинации, уверенно вышла на еще более…

promo vikond65 october 30, 2012 13:17 382
Buy for 20 tokens
Итак, я Вячеслав Кондратьев, а это мой очередной журнал. Правда, все предыдущие журналы, которые я когда-то делал, либо продолжаю делать, отпечатаны на бумаге: "Крылья Родины", "Авиамастер", "Авиапарк", "Легендарные самолеты"... Из их названий видно, что меня…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Убийство императрицы

    Ровно 105 лет тому назад, 20 октября 1916 года, за четыре месяца до падения Российской империи, в Севастопольской бухте из-за серии мощных…

  • Дрессировщик дирижаблей

    Как известно, первый паровой дирижабль Анри Жиффара впервые поднялся в воздух еще в 1852 году. Но только спустя полвека живший и работавший во…

  • Антиваксер под микроскопом

    В интересное время живем: Россия, занимающая "почетное" 89-е место в мире по темпам вакцинации, уверенно вышла на еще более…