August 14th, 2014

я

Сигнал "Сопка-один": шестой день войны

Предыдущая часть

14 августа 1945 года началось сражение за Муданьцзян, ставшее самым жестоким и кровопролитным из всех, которые пришлось вести войскам 1-го Дальневосточного фронта. Этот город с населением более 300 тысяч жителей и крупный транспортный узел обороняли части 124-й, 126-й и 135-й японских дивизий, а также 3-й пехотной бригады общей численностью свыше 40 тысяч человек. В Муданьцзяне также размещался штаб 1-го (Восточного) фронта Квантунской армии. Солдаты гарнизона дрались упорно, не считаясь с потерями и временами переходя в контратаки. Но наши бойцы тоже были полны решимости взломать оборону противника и поскорее закончить войну.
Летчики 9-й ВА продолжали атаковать транспортные колонны, железнодорожные объекты и места дислокации вражеских войск. Авиация Квантунской армии по-прежнему никак себя не проявляла, но японские зенитчики заметно активизировались. 14 августа в ходе штурмовок им удалось сбить три Як-9, два из которых упали за линией фронта, а третий разбился уже на нашей территории. Еще один Як-9 и два Пе-2, посланные на разведку, пропали без вести.
Штурмовики и истребители - "охотники" подавили две зенитные батареи, уничтожили два зенитных орудия, 49 автомобилей, 14 повозок, рассеяли до полка пехоты и два эскадрона конницы. Когда зенитного противодействия не было, экипажи Ил-2 работали в "полигонных" условиях, делая до 10 заходов на цель, спокойно прицеливаясь и без спешки расстреливая весь боекомплект. Атаки производились поочередно, с пологого пикирования; начальная высота составляла от 600 до 1000 метров, затем - уход на 100 - 200 метрах с последующим набором высоты для нового удара.
Collapse )
promo vikond65 june 23, 16:38 24
Buy for 20 tokens
С авиамоделизмом я распрощался уже давно, поскольку времени на него катастрофически не хватает. Но от этого увлечения осталось немало артефактов, которые мне уже не пригодятся, а места в квартире занимают много. Однако они, наверное, могут заинтересовать нынешних авиамоделистов. Самый сурьезный…
я

Прорвало



Моя Родина превращается стремительно, всего за считаные месяцы, из зависшей в переходном периоде какбудторыночной какбыдемократии с разрушенными, допустим, гражданскими свободами, но хотя бы с нетронутыми свободами личными — в жуткую, озлобленную, параноидальную, словно бешенством укушенную Северную Корею, у которой вечно взор красной пеленой затянут, и голод, и лихорадка, и слюна с клыков. В страну, в которой политических врагов псам скармливают заживо. Где есть ядерное оружие и баллистические ракеты, но вечно не хватает риса на прокорм не видавшего уже полвека ничего другого запуганного народца.
(...)
Мы побегали-побегали по тундре, а к вечеру вернулись к своему чуму и сели у входа. Нечего нам оказалось делать с этой свободой. Мы и не просили ее, кстати: просто веревка перетерлась. Но раз убежали — готовы принять хлыст и поглядеть виновато в строгие хозяйские глаза, и принять удар плетки, и упасть на спину, подставив пузо, чтобы помиловал, чтобы по-хозяйски пожалел. Потому что сами знаем: заслужили. Выдерет, а потом простит, и будет все, как прежде. Мы ведь, наворачивая дурацкие круги по тундре, скучали по хозяину, и по ласковой руке его, и по плети, меж которых лежит узкий и понятный мир наших опций. Мы хотим хозяина, и хотим вожака, и общую упряжку, и чтобы в ушах ветер, и в голове ветер чтобы, и волков рвать в клочья, и драться за мороженую рыбу, и чтобы рядом теплый бок друга, и мчаться до бесконечности в ледяной закат.
Я думал, мы люди. А оказалось — мы лайки.

Это буквально на днях написал в журнале с характерным названием "Сноб" так называемый "русский писатель" и гражданин Израиля Дмитрий Глуховский, автор весьма популярных и издаваемых массовыми тиражами постапокалиптических ужастиков "Метро-2033" и "Метро-2034". Здесь можно прочесть его опус целиком.

Теперь отношение Глуховского к России и ее народу стало окончательно ясным как божий день. И не надо покупаться на употребленное им в последнем абзаце местоимение "мы", с помощью которого Глуховский лукаво делает вид, будто себя он от "этого народа" не отделяет.

Из первого абзаца, да и из всего текста прекрасно видно, что свою драгоценную персону он отнюдь не считает "укушенной бешенством лайкой", а вот остальные россияне, голосовавшие за "кровавого тирана", не играющие в майданно-болотные игры и радующиеся возвращению Крыма, для него - не люди вовсе, а псы, достойные лишь ненависти и высокомерного презрения. Причем написано это с предельной откровенностью и цинизмом. Я и раньше чувствовал, что Глуховский - человек с гнильцой, просматривалось это в его книжках, но такого фонтана вонючей саморазоблачительной злобы я даже не ожидал.

Все-таки, несмотря ни на что, хорошее время наступило в России. Время, когда расставляются точки над "Ё", а с медийных персон слетают маски и они предстают в своем истинном обличье. А
еще меня радует, что ни книг господина Глуховского, ни сделанных по ним игр я не покупал, так что ни одной моей копейки эта сволочь не получила.