я

Не самый крутой Уокер, продолжение

Начало здесь.

После победы у Санта-Розы костариканцы, преследуя врага, вступили на никарагуанскую территорию. Там к ним присоединились местные ополченцы - противники режима Уокера. Благодаря им численность армии генерала Моры возросла до 1200 человек. 11 апреля основные силы наемников потерпели очередное, еще более крупное поражение в битве у города Ривас, потеряв более 200 солдат и офицеров убитыми и несколько сотен ранеными. В результате этого разгрома остатки флибустьеров были полностью деморализованы и среди них началось повальное дезертирство.

Казалось, авантюре Уокера приходит конец, однако в ход событий, как всегда неожиданно, вмешалась судьба. В костариканской армии вспыхнула эпидеимя холеры, моментально скосившая сотни бойцов и заставившая остальных в панике бежать с зараженных земель. Буквально за неделю победоносное войско перестало существовать. Более того, возвращавшиеся на родину солдаты принесли с собой смертельную инфекцию, от которой за несколько месяцев вымерло до 15% населения Коста-Рики. О продолжении войны не могло быть и речи.

Эта катастрофа, обрушившаяся на противников Уокера, дала ему отсрочку, позволив вновь собраться с силами и на время укрепить свою власть. В июле он выгнал марионетку Патрисио Риваса и уже без обиняков объявил себя президентом Никарагуа. США моментально признали его, однако Великобритания и Франция отказались это делать, усматривая в происходящем проявление американской экспансии и угрозу своим интересам в регионе. И для этого были веские основания. Уокер, став полновластным диктатором, сразу запустил программу "американизации" Никарагуа.

Он сделал английский язык государственным, хотя почти никто из никарагуанцев его не знал, ввел доллар США в качестве официальной валюты, призвал американцев, особенно - южан, массово иммигрировать в Никарагуа, обещая им всяческие льготы, а главное - издал закон о восстановлении в стране рабства, отмененного еще несколько десятилетий назад. Возможно, он надеялся, что благодаря этому ему удастся заручиться прямой военной поддержкой Соединенных Штатов и оградить свой режим штыками американских морских пехотинцев.

Однако надежды не оправдались. Вашингтон, где набирали силу противники рабовладения, решил не вмешиваться. Кроме того, Уокер совершил большую ошибку, "отжав" бизнес в Никарагуа у американского транспортного магната Корнелиуса Вандербильта, владевшего в этой стране пароходной компанией. В ответ Вандербильт подключил свои связи в Конгрессе и уже через месяц США разорвали дипломатические отношения с правительством Уокера.

Тем временем Гватемала, Сальвадор и Гондурас, наконец, создали "антиуокеровский" военный блок. По некоторым данным, его снабдили деньгами и оружием англичане и разозленный на Уокера Вандербильт. Опустошенная эпидемией Коста-Рика уже не могла оказать союзникам реальную поддержку, но и без нее у альянса было достаточно сил для свержения проходимца.

Осенью 1856 года с севера в Никарагуа вторглась объединенная армия трех центральноамериканских стран общей численностью 4000 солдат и офицеров. Противостоять ей в открытом бою Уокер не мог, поскольку в его распоряжении к тому времени оставалось всего около 500 человек, из которых более-менее надежными были только европейцы и американцы. Поэтому он укрылся в хорошо защищеннном городе-крепости Гранада на берегу Никарагуанского озера. 12 октября Гранада была взята в осаду.

Осада продолжалась два месяца. Исчерпав запасы провизии и не видя перспектив дальнейшей обороны, флибустьеры в декабре ушли на восток, воспользовавшись тем, что кольцо блокады было неплотным. Перед уходом они подожгли город, в котором было много исторических зданий и памятников архитектуры, построенных еще во времена испанского владычества. На центральной площади они поставили столб с издевательской табличкой на испанском языке: Aquí fue Granada - "Здесь была Гранада". Это бессмысленное варварство никарагуанцы помнят и не могут простить американцам до сих пор.

Преследуемые войсками коалиции флибустьеры весной 1857 года вышли к восточному побережью. Дальнейшее сопротивление было безнадежно и Уокер решил бежать. Он договорился с капитаном американского шлюпа "Сент Мэри" Чарльзом Дэвисом об эвакуации в США своих людей, которых оставалось около 300 человек. В Нью-Йорке флибустьеров и их предводителя встретили как героев, однако слава, если ее не поддерживать, проходит быстро. Через некоторое время о никарагуанской эпопее стали забывать.

В 1860 году Уокеру, все еще не оставлявшему надежды стать чьим-нибудь президентом, пришла в голову новая идея. Узнав, что на востоке Гондураса есть несколько островов и прибрежных районов, населенных преимущественно английскими и американскими колонистами, он решил набрать очередную "бригаду", захватить эти районы и провозгласить их независимость. Разумеется, во главе новосозданного государства он видел только себя. Однако эта третья авантюра стала для него последней.

Высадившаяся на гондурасском побережье банда Уокера почти сразу была блокирована правительственными войсками. Англоязычные колонисты, которых Уокер приплыл "освобождать", отнеслись к его затее без малейшего энтузиазма и отказались присоединяться к интервентам. Поняв, что и тут ему ничего не светит, несостоявшийся президент Восточного Гондураса снова решил бежать, однако на его беду поблизости оказался только английский корабль. Капитан этого судна коммандер Ньюэлл Салмон принял Уокера на борт и тут же арестовал, а потом - выдал гондурасским властям.

На этом закончились приключения и жизнь Уильяма Уокера, так и не ставшего по-настоящему крутым. Гондурасцы собрали военный трибунал, который приговорил 36-летнего авантюриста к расстрелу. 12 сентября того же года приговор был приведен в исполнение.

5-william-walker-1824-1860-granger
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
(Anonymous)
В кино, на картинах и "нужных книгах, читанных в детстве" она отсутствовала. А в чём смысл? На ум приходит только одно:

1. Достойные люди должны умирать стоя.
2. Жалкие и ничтожные - сидя.
3. Ну а маньяков, военных преступников и пр. нелюдей ставим на колени, т.к. смерть стоя на них - самый большой позор.

Глаза завязываем как символ обезличивания. Т.е. мы не просто расстреливаем, а как бы стираем казнимого из истории (как греки пытались стереть из неё Герострата).

ЗЫ
А может смысла вообще нет? Просто кто-то, по одному ему известной причине решил, что так лучше - вот традиция и сложилась?