я

Слабоумие и отвага

463913173

145 лет назад, 28 мая 1871 года, были подавлены последние очаги сопротивления парижских коммунаров в предместье Менильмонтан. Закончилась 70-дневная эпопея социалистического мини-государства, давшего всем последующим революционерам замечательные примеры энтузиазма, беспочвенного оптимизма, некомпетентности и откровенного раздолбайства. Коммунары не воспользовались ни одной из имевшихся у них возможностей и блестяще упустили все шансы одержать победу над изначально более слабым противником. В результате, как всем известно, коммуна утонула в крови.

Военное противостояние началось с того, что назначенный комендантом Парижа типографский рабочий Бержере и главком парижской нацгвардии лейтенант Люллье, ранее уволенный из ВМФ за алкоголизм, попросту забыли отдать приказ занять брошенный форт Мон-Валерьен, впоследствии занятый версальцами и ставший отличным укрепленным плацдармом для их наступления.

И дальше все шло в том же духе. Попытка наступать на Версаль, предпринятая 3-4 апреля, с треском провалилась, потому что революционные войска отправились в поход без артиллерии, без разведки местности, без какого-либо плана, а многие солдаты - даже без патронов. Им было лень тащить лишнюю нагрузку и они почему-то были уверены, что им никто не окажет сопротивления. А когда по ним ударила шрапнель и ружейные залпы, коммунары сперва остолбенели от неожиданности. а потом бросились врассыпную. О наступлении уже никто не думал. Одна из колонн бодро маршировала мимо "пустого" форта Мон-Валерьен, тоже попала под убийственный огонь и рассеялась.

Казалось бы, надо сделать из случившегося соответствующие выводы, наладить организацию и укрепить дисциплину, но нет, ни того, ни другого не было сделано. Через полтора месяца версальцы совершенно свободно проникли в Париж через ворота Сен-Клу, которые почему-то никто не охранял. И так же беспрепятственно они заняли несколько районов, прежде чем наткнулись на баррикады, с которых по ним начали стрелять.

Формально в городе находилось свыше 200 тысяч революционных солдат, ополченцев и национальных гвардейцев, числившихся в списках частей и подразделений. Этого было более чем достаточно для обороны, тем более что версальцев насчитывалось порядка 130 тысяч. Однако фактически в боях за город принимали участие от 30 до 50 тысяч коммунаров, а остальные разбежались и попрятались, как только на улицах "запахло жареным". Эти 30-50 тысяч бойцов, надо отдать им должное, дрались самоотверженно, но их борьба была уже абсолютно бессмысленной и безнадежной.

В жестоких баррикадных боях "кровавой майской недели" погибло 877 версальцев, 6454 были ранены или контужены, 183 пропали без вести. Количество убитых и расстрелянных коммунаров, согласно учетным записям моргов и кладбищ, составляло 6667 человек, включая неопознанные тела, найденные при разборах завалов, а также - перезахоронения из временных могил. В это число входят и мирные жители города, погибшие при пожарах, артобстрелах и от шальных пуль.

Некоторые ангажированные авторы, например, бежавший в Англию бывший коммунар Проспер-Оливье Лиссанграй, из пропагандистских соображений называли гораздо более высокие цифры - десять, двадцать и даже тридцать тысяч убитых, подчеркивая при этом, что подавляющее большинство жертв вызвано не боевыми действиями, а массовыми расправами "белогвардейцев" над пленными и безоружными коммунарами. Разумеется, эти цифры были широко растиражированы левой и революционной печатью, многие им верят, однако, никаких документальных подтверждений у них нет.

На заставке - два плаката, посвященных Коммуне. Левый отпечатан в Париже весной 1871-го, а правый, в - в Советской России вскоре после Октябрьской революции. На левом плакате есть любопытный момент: если приглядеться, то на ленте, опоясывающей одну из "коммунарок", видны масонские эмблемы.

141222_r25916-1200

Любой сознательный революционер первым делом ломает памятники предыдущим властителям. Коммунары не были исключением: на снимке - разбитая фигура Бонапарта, служившая навершием снесенной ими Вандомской колонны - памятника победам наполеоновской армии.

national-guards-and-curious-citizens-at-the-foot-of-the-vendocc82me-column

Участники разрушения Вандомской колонны. По-моему, у тех, кто не в форме, вид вполне буржуазный и на обездоленных пролетариев они совсем не похожи.

General Staff of the Place Vendome, under the Commune, 1870-71

Члены штаба национальной гвардии Вандомского округа.

Barricades_pres_de_Ministere_de_la_Marine

Баррикады коммунаров не были похожи на те кучи мусора, досок и ломаной мебели, которые обычно показывают в кинофильмах. Это были вполне нормальные городские фортификационные сооружения из каменных блоков и мешков с землей, способные удерживать не только пули, но и снаряды полевой артиллерии относительно небольших калибров. На снимке - баррикада у здания морского министерства.

paris_commune_photo_1
.
the Right Side of the Barricade in the Rue de la Paix, 1870-71

Еще две "стандартные" баррикады, которые перегораживали улицу Рю де ля Пе. Штурмовать такие позиции было непросто.

1246

Коммунарская артбатарея на Монмартре, державшая под прицелом значительную часть города. Правда, в боях с версальцами она не сделала ни одного выстрела. То ли снарядов не подвезли, то ли артиллеристы куда-то запропастились.

122315935

Версальцы атакуют полуразрушенную артиллерией крупную баррикаду на рю де Риволи.

Paris_Commune_rue_de_Rivoli

Снимок того же места с того же ракурса, сделанный после завершения боев и частичной расчистки улицы.

Philippoteaux_-_Massacre_cimetiere_lachaise

Одна из последних оборонительных позиций коммунаров у входа на кладбище Пер-Лашез. Видно, что недостатка в пушках они не испытывали.

Lachaise

Бой среди могил. На Пер-Лашез версальцы захватили в плен и тут же расстреляли 147 коммунаров.

XEF7_089

Уцелевшие коммунары бегут из Парижа.

Corner of Boulevard Saint Martin and Rue de Bondy, 1870-71

Ruins near the Pont d'Auteuil and the Gare d'Auteuil, 1870-71

После падения коммуны Париж еще долго "украшали" следы боев.
promo vikond65 june 23, 16:38 21
Buy for 20 tokens
С авиамоделизмом я распрощался уже давно, поскольку времени на него катастрофически не хватает. Но от этого увлечения осталось немало артефактов, которые мне уже не пригодятся, а места в квартире занимают много. Однако они, наверное, могут заинтересовать нынешних авиамоделистов. Самый сурьезный…
"Бежит ОМОН, бежит спецназ, стреляет на ходу...
Ах, как же не хватало вас в 17-м году!"

Как жаль, что в Петрограде февраля 1917-го нашёлся только один человек, готовый действовать и действительно действовавший решительно - полковник (будущий генерал) А.П. Кутепов, и что ни одного солдата, готового выполнять его приказы, не нашлось. Будь у Кутепова столько же войск, сколько у версальцев, в истории России не было бы никакого Брест-Литовского мира и никакой Гражданской войны. А Николай Второй в 1918 году принимал бы парад своих войск на улицах разрушенного Берлина. Но корпус Лейб-Гвардии, который мог бы стать опорой трона, почти весь полёг на Стоходе, и я не берусь утверждать, что это было - глупость или предательство нашего высшего генералитета.
Французский "брестский мир" заключили версальцы, а не коммунары. Значительную часть версальской армии, которая штурмовала Париж, составляли бывшие военнопленные, специально для этого выпущенные немцами из плена, причем еще ДО подписания окончательного варианта мирного договора.
Я в теме. Поэтому в конфликте между версальцами и коммунарами я предпочту не симпатизировать никому. Но факт остаётся фактом: во Франции, даже несмотря на военное поражение, нашлось кому противостоять революционному беспределу. А в практически победившей России (сумей она предпринять в 1917-м году наступление, равное по силе Брусиловскому прорыву, от "центральных держав" только пух и перья полетели бы) царя защитить стало некому, потому что среди генералитета нашлись "умники", поставившие элиту армии на болоте перед пушками и пулемётами противника. И потенциальные "версальцы" были выкошены немецкими пулемётами, не имея возможности даже вырыть себе окопы.
Потому и нашлось, что версальцы вовремя заключили перемирие с немцами. Это позволило им сосредоточить войска для подавления восстания, да еще и получить от бывших противников крупные пополнения из числа бывших военнопленных.
Если уж проводить аналогии с Россией, то это все равно, как если бы Временное правительство вышло из войны (с территориальными потерями) летом 1917-го. Тогда, скорее всего, никакого октябрьского переворота бы не было, а если бы и был, то его бы подавили. И наши "версальцы" удержались бы у власти как во Франции.
Ну, "временные" даже на версальцев не тянут. Обычные предатели-либерасты, презирающие страну проживания. Предотвращать надо было не октябрьский, а февральский переворот.

А возвращаясь к Коммуне. Правильно ли я понял, что инициаторами подавления революционного движения выступили немецкие оккупанты, а Тьер и его присные - не более, чем вишисты XIX века?
Нет, конечно. Инициаторами, прежде всего, были версальцы, заинтересованные в том, чтобы сохранить власть. А немцам, по большому счету, было плевать на эти разборки, долговременная оккупация Франции не входила в их планы. Просто версальцев они считали более адекватными.