я

Кобры в засаде

129-a-1280.jpg

Ровно 75 лет назад, 7 декабря 1942 года, впервые поднялся в воздух прототип истребителя Р-63 "Кингкобра". Из 3300 серийных экземпляров этой машины 2300 было отправлено в Советский Союз по программе Ленд-лиза. Поставки начались в середине 1944 года, а к весне 1945-го СССР получил уже около полутора тысяч "королевских кобр". Однако ни одна из них не применялась на советско-германском фронте. Все эти машины держали в резерве.

В советско-японской войне 1945 года участвовали четыре полка на "Кингкобрах": 410-й и 888-й ИАП 10-й Воздушной Армии, которые действовали с Камчатки и осуществляли поддержку Курильского десанта, а также - 781-й и 940-й ИАП 12-й Воздушной Армии, расквартированные в Монголии. Всего в этих полках числилось 137 Р-63. Таким образом, во Второй мировой войне не было задействовано почти 95% советских "Кингкобр". Создается впечатление, что их специально берегли для каких-то иных боевых задач.

Надо отметить, что "Кингкобра" была лучшим истребителем, поставлявшимся в СССР во время войны. По совокупности летных, боевых и эксплуатационных характеристик Р-63 превосходил все типы истребителей, имевшиеся к началу 1945 года на вооружении советских ВВС, как отечественные, так и иностранные.

О том, насколько ценной считалась у нас эта машина, говорит тот факт, что "Кингкобры" оставались на вооружении вплоть до 1953 года, несмотря на то, что из-за изношенности моторов (американцы после сворачивания Ленд-лиза прекратили поставки запчастей) еще в 1949-м на Р-63 запретили использовать форсажный режим. Интересно, что последние "Кингкобры" отправили в утиль практически одновременно с истребителями Ла-11, которые были разработаны и приняты на вооружение уже после войны.

Думаю, несложно догадаться, на какой случай держали эти американские машины. Советское командование планировало использовать их против самих же американцев и англичан, если бы вскоре после окончания войны с Германией у СССР возник вооруженный конфликт с бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции.

В такой ситуации две тысячи "Кингкобр" и тысяча английских "Спитфайров" Mk.IX, также полученных по Ленд-лизу в 1944-45 годах и тоже оставленных в тылу, стали бы очень серьезным подспорьем для "Яков" и "Лавочкиных". Тем более, что ни один тогдашний советский истребитель не мог сравниться с ними по высотным характеристикам. А это значит, что на перехват "Флаинг Фортрессов" и "Суперфортрессов", ходивших на больших высотах, отправились бы краснозвездные "Кингкобры" и "Спитфайры". Но, как говорится, Бог миловал...

bell-p-59-airacomet-014.jpg
 Истребители фирмы "Белл Эйркрафт Корпорейшн", выпускавшиеся во время Второй мировой войны. Сверху вниз: Р-39 "Эйркобра", Р-63 "Кингкобра" и реактивный Р-59 "Эйркомет".

Airacobra_P39_Assembly_LOC_02902u.jpg
 Поточная сборка "Кингкобр" на заводе "Белл".

20151507173651.jpg
 Американские и советские летчики, занимавшиеся  перегонкой "Кингкобр" из США в СССР по трассе АЛСИБ.

VbTppGY.jpg
 "Кингкобры", подготовленные для отправки в СССР, на аэродроме Фэрбенкс, штат Аляска. Снимок сделан американским фотокорреспондентом летом 1944 года. На самолеты уже нанесены советские опознавательные знаки а под крыльями подвешены дополнительные топливные баки. Обратите внимание, что машины оснащены радиокомпасами (круглая антенна над фюзеляжем), которых тогда не было на советских истребителях.


 Пятитысячный самолет, отправленный в СССР по АЛСИБу. Видно, что это "Кингкобра".

P-63-Two seater.jpg
 "Кингкобра" в двухместном учебном варианте.

CAF-P-63F-Sponsor-Group_Photo-by-Glenn-Watson.jpegПоздняя модификация "Кингкобры" с увеличенным вертикальным оперением. Такие самолеты в СССР уже не попали.

071024-F-1234S-003.JPG Пилотируемая летающая мишень RP-63 "Пинбол" для тренировки летчиков-истребителей и стрелков бомбардировщиков, сделанная после войны на базе "Кингкобры".
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
По совокупности летных, боевых и эксплуатационных характеристик Р-63 превосходил все типы истребителей, имевшиеся к началу 1945 года на вооружении советских ВВС, как отечественные, так и иностранные.

О том, насколько ценной считалась у нас эта машина, говорит тот факт, что "Кингкобры" оставались на вооружении вплоть до 1953 года, несмотря на то, что из-за изношенности моторов (американцы после сворачивания Ленд-лиза прекратили поставки запчастей) еще в 1949-м на Р-63 запретили использовать форсажный режим. Интересно, что последние "Кингкобры" отправили в утиль практически одновременно с истребителями Ла-11, которые были разработаны и приняты на вооружение уже после войны.

Думаю, несложно догадаться, на какой случай держали эти американские машины.Советское командование планировало использовать их против самих же американцев и англичан, если бы вскоре после окончания войны с Германией у СССР возник вооруженный конфликт с бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции.

В такой ситуации две тысячи "Кингкобр" и тысяча английских "Спитфайров" Mk.IX, также полученных по Ленд-дизу в 1944-45 годах и тоже оставленных в тылу, стали бы очень серьезным подспорьем для "Яков" и "Лавочкиных". Тем более, что ни один тогдашний советский истребитель не мог сравниться с ними по высотным характеристикам.


Пообщался с понимающим человеком. Он несколько в удивлении. Посему имеем вопросы.

1. По совокупности... Кобра превосходила Ла-7, вставший на вооружение в феврале 45 года? Хотелось бы подробностей.

2. Ла-11 не мог в высотность? Да даже Ла-5 с пороховыми ускорителями? Непонятно...

3. Тысяча девятых спитов? А где они использовались?

Альзо.

Поздняя модификация "Кингкобры" с увеличенным вертикальным оперением. Такие самолеты в СССР уже не попали. На данном экземпляре мотор-пушка демонтирована.

А зачем вообще нужна кобра без 37мм? Какаято изощренная разновидность пилотажного онанизма :) Для отработки пилотажа без ненужного утяжеления?
1. Да, превосходила. Какие конкретные подробности Вас интересуют?

2. Где был Ла-11 в начале 1945 года? И сколько Ла-5 с пороховыми ускорителями состояло на вооружении советских ВВС? Насколько я знаю, ноль, а у вас есть другая информация? Тогда поделитесь, пожалуйста.

3. Вообще-то, 1185, если точно. Из них к началу 1945 года 300 - в тыловой ПВО, а остальные - на складах.

"Кингкобра" без пушки на фотографии это современная частная машина, с которой пушку демонтировали.
А вообще-то, пушка на этой модификации, разумеется, была, обратите внимание на отверстие в коке.
http://aviadejavu.ru/Images6/MM/MM-19/0048-01-1-5.jpg
По совокупности летных, боевых и эксплуатационных характеристик Р-63 превосходил все типы истребителей, имевшиеся к началу 1945 года на вооружении советских ВВС, как отечественные, так и иностранные.

О, сколько нам открытий чудных... Прямо таки - лучший?
...у кого то просто был очередной хитрый план
Насчет этого пруфы будут?

>>Надо отметить, что "Кингкобра" была лучшим истребителем, поставлявшимся в СССР во время войны. По >>совокупности летных, боевых и эксплуатационных характеристик Р-63 превосходил все типы истребителей, >>имевшиеся к началу 1945 года на вооружении советских ВВС, как отечественные, так и иностранные.
Будут, если вы назовете, кого вы считаете "более лучшим".
По поводу Ла-7 тут уже есть тред, так что, можете не повторять.
"Создается впечатление, что их специально берегли для каких-то иных боевых задач."

Вариант что не успели лётчиков переучить в голову не приходит?

"Интересно, что последние "Кингкобры" отправили в утиль практически одновременно с истребителями Ла-11"

Ну так к 53 году все поршневые резко морально устарели.

ПОст пропитан безосновательным утверждением "американское - значит лучшее". Война в Корее это утверждение на практике не подтвердила.
За полгода никого не успели переучить? Вы это серьезно? У нас тысячи пилотов летали на "Кобрах", которые практически не отличались оборудованию и технике пилотирования от "Кингкобры". Это все равно, что с Ла-5 пересесть на Ла-7. Переучивание займет максимум неделю.

А с Кореей - вопрос, мягко говоря, неоднозначный. По американским данным, они потеряли в воздушных боях 78 "Сейбров". По советским данным, наши потеряли в воздушных боях 319 МиГов. Соотношение получается далеко не в нашу пользу. Разумеется, наши летчики сбивали не только "Сейбры", но ведь и американцы сбивали не только советские МиГи.
Заметьте, я не рассматриваю обоюдные заявки на победы, поскольку они сильно завышены с обеих сторон.
Прикольный агрегат, но на на пару со своим родственником почему-то единственный в данном форм-факторе, хотя при повальном увлечении скоростью в конце 30-х такое решение напрашивалось само собой.
> на на пару со своим родственником почему-то единственный в данном форм-факторе, хотя при повальном увлечении скоростью в конце 30-х такое решение напрашивалось само собой.

Англосаксам были не нужны низколетающие девайсы.
Как врёт нам Вики,

By a 1943 agreement, P-63s were disallowed for Soviet use against Germany and were supposed to be concentrated in the Soviet Far East for an eventual attack on Japan.

...и никакой конспирации. Даже обидно.
Опять байки, ничем не подтвержденные. Там же написано [citation needed], ну и где? ;)
Береговой Г.Т. - "Три высоты"
В полку, куда я прибыл продолжать службу, как раз приняли новехонькие американские «кобры» — одноместные истребители, вооруженные сорокамиллиметровой пушкой и четырьмя пулеметами калибра 12,7 миллиметра — остатки военных поставок союзников, не успевшие в свое время попасть на фронт. Меня это не смущало. На «яках» или на «лавочкиных» я прежде тоже не летал, так что не все ли равно, с чего начинать.

— Ну как, Береговой, греет тебя эта иностранка? — улыбаясь, спросил штурман полка Фомичев, когда я приглядывался на аэродроме к незнакомой для себя машине.— «Кингкобра» — скажите, пожалуйста! Не просто кобра, а королевская! А в общем, самолет как самолет, с приличным летчиком даже в воздух подняться может. Хочешь попробовать?

На разговор подошел командир полка Михайлюк. Мне уже успели рассказать, что мужик он неплохой и даже добродушный, но когда вспылит, слов долго не ищет, а выкладывает то, что на язык подвернется.

— Пробовать компот вечером в столовой будем. А здесь летать надо, технику осваивать, — отреагировал он на последние слова Фомичева. — Давай, майор, садись в кабину.

Приглашать дважды меня было бы излишним. Я и сам рвался попробовать себя на истребителях. О «кобрах» слышать мне уже приходилось. Летчики отзывались о них неплохо. Я знал, что худо ли, хорошо ли, но справлюсь.

Настораживало другое — присутствие командира полка. О нем шла слава, что авиации он предан всей душой и телом, влюблен в нее больше, чем в собственную жену. А уж с истребителей своих разве что пыль не сдувал, держа их под неустанным и неусыпным надзором. Но не приведи бог проявить кому-нибудь из летчиков халатность или небрежность.

— Без соли съест! — по обыкновению посмеиваясь чему-то, предупреждал меня днем раньше все тот же Фомичев. — Держись, если что, подальше.

Но совет легче дать, чем исполнить: полковник буквально не отходил от новичков, опасаясь и за нас, и за свои новехонькие «кингкобры». Вот и теперь, отойдя в сторону, он следил, казалось, за каждым моим движением. Будто предчувствовал, что непременно что-нибудь напортачу.

Однако делать было нечего. Чертыхнувшись про себя, я полез в кабину и предчувствие полковника оправдал довольно быстро.

Поначалу все шло хорошо. Запустил мотор, взлетел... Пилотировать истребителем после штурмовиков оказалось, понятно, не совсем привычно. Но и не так уж трудно, Сложности начались совсем не там, где я их ждал,

Набрав высоту и переведя машину в горизонтальный полет, я вдруг заметил, что у меня приоткрыта дверца кабины. Видимо, недостаточно плотно захлопнул ее за собой, садясь в самолет. Прикрыть ее не удалось: мешал встречный поток воздуха.

Пришлось садиться...

Михайлюк, разумеется, оказался поблизости.

— Что так скоро? — не без ехидства поинтересовался он.—Дверца в воздухе открылась? Так на ней, между прочим, специальный замок предусмотрен. Показать или сами найдете?

— Найду, — угрюмо пообещал я.

Забравшись снова в кабину, в сердцах я так хлопнул треклятой дверцей, что ручка не выдержала удара и обломилась. Теперь без посторонней помощи выбраться из самолета я не мог. Но не это удержало меня, чтобы сказать вслух о случившемся. Взглянув на физиономию комполка, нетрудно было догадаться, что услышишь в ответ: на мою беду, для второго вылета Михайлюк дал мне свою личную машину. Ладно, решил я, будь что будет! Авось, думаю, уйдет к тому времени, когда вернусь после полета. Мало ли у командира полка других дел...

В зоне задание выполнил без проблем — от души попилотировал. А приземлился — выбраться из кабины без посторонней помощи не могу: ручка сломана, дверцу открыть можно только снаружи. Сижу, жду...

Подходят Фомичев и командир полка.

— Ты чего не выходишь? — спрашивает Михайлюк. — Вылезай!

— Не могу, товарищ полковник! Ручку сломал.

— Какую еще ручку?

— Ту самую, товарищ полковник, на которой специальный замок предусмотрен.

Фомичев спрятался за крыло, от смеха трясется, а у комполка лицо пятнами пошло и шея багровеет. «Слова, наверное, ищет», — мелькнуло у меня в голове, а самого тоже начал смех разбирать.

— Медведь! — рявкнул наконец Михайлюк. — Тебе только на бомберах летать. На бом-бе-рах!!

— Да он же и на бомбардировщиках не может. Он же к нам со штурмовиков пришел... — добавил жару Фомичев и, не удержавшись, расхохотался.
Re: Береговой Г.Т. - "Три высоты"
— Тем более! — отрезал комполка. — Тем более!..

— Ты на него не обижайся, — утирая слезы, утешил [125] меня Фомичев, когда Михайлюк отошел. — Он тебе завтра еще не так выдаст!

На другой день у меня отказал демпфер переднего колеса. Вины, конечно, тут с моей стороны не было никакой: демпферы эти — штука капризная и из строя выходили часто. Но легче себя от этого я не почувствовал.

Демпфер на «кобре» — устройство хотя и не самое важное, но отнюдь не бесполезное. Когда переднее колесо при взлете или посадке бежит по неровной поверхности грунтового аэродрома, то начинает вибрировать, колебания колеса передаются через стойку на фюзеляж — и его начинает трясти. Чтобы избежать этого, вот и предусмотрели гасящий вибрацию демпфер.

При взлете с ним на моей машине все было в порядке. Отказать ему вздумалось в тот самый момент, когда колеса коснулись посадочной полосы. «Кобру» тотчас забило, как в лихорадке, и от этой чертовой тряски лопнул в конце концов фонарь.

Командир полка, конечно, оказался поблизости. Оглядев покалеченный верх кабины, он кивнул головой и тяжело вздохнул:

— Так... Значит, теперь фонарь, говоришь? Я ровно ничего не говорил: я молчал.

— Ну а завтра что? Крыло потеряешь? Хвост оторвешь?

Я продолжал удрученно молчать.

— На бомберах тебе... — начал было Михайлюк, но вовремя спохватился, вспомнив, видимо, что уже говорил это вчера, махнул рукой, повернулся и ушел.

— Упрям ты, братец, упрям! — веселился Фомичев в столовой. — Ну зачем, скажи, понадобилось этот демпфер ломать? Что он тебе плохого сделал?..

Я хотя и смеялся вместе со всеми, но на другой день, перед тем как сесть в кабину, на всякий случай обошел несколько раз вокруг самолета, тщательно приглядываясь к каждой мелочи. Конечно, я понимал, что такой обход вряд ли что-нибудь даст: самолет готовили к вылету техники и глупо ожидать, что они пропустят какую-то грубую, бросающуюся в глаза неполадку; ну а скрытый дефект, если он даже и есть, при внешнем поверхностном осмотре все равно не заметишь. Однако очень уж не хотелось мне попасть еще раз впросак, расстраивать командира полка. Так что, окинув взглядом в последний раз свою, четвертую уже по счету, «кобру», я шагнул к кабине. В ней, к ее задней стенке, был прикреплен на четырех замках-амортизаторах [126] блок радиостанции, который я прозвал про себя сундуком, считая, что он портит общий строгий вид истребителя. «Ну с этой-то стороны мне, по крайней мере, ничего не грозит», — мельком подумал, забираясь в кабину.

И все же, если уж не повезет, так действительно не повезет. Едва начал пилотировать, как сзади что-то глухо грохнуло.

«Сундук!» — так и ахнул я, оглянувшись.

В момент, когда я выполнял переворот на спину, «сундук» резко ударил изнутри по фюзеляжу: два недоступных для проверки задних замка его оказались, на мое несчастье, незапертыми. В итоге заднюю, прозрачную, часть фонаря насквозь пробило.

— Слушай, Береговой! — все еще оторопело моргая, но уже оправясь от первого, видимо, нестерпимо яркого впечатления, сказал комполка. — Ты что же, решил мне все машины поломать? Отправляйся-ка ты лучше, майор, опять на бомберы!

«Дались ему эти бомберы!» — подумал я, ища глазами штурмана и чувствуя, что тот тоже не упустит своего.

Но опасения на этот раз оказались напрасными. Фомичев, который, как и командир полка, караулил теперь каждую мою посадку, обессиленно привалился спиной к цистерне бензозаправщика: стоять на собственных ногах от смеха он уже не мог. Говорить — тоже.
У Покрышкина вроде было написано, что при выпрыгивании из подбитой Аэрокобры лётчика калечило заднее крыло.
ТОП: 09:00 (московское)
Вы попали в Т30P самых обсуждаемых тем в блогосфере.
Это Ваш 56-й ТОПовый пост в этом году.
Посмотреть статистику автора можно в карточке топблогера.
на последнем фото, ИМХО, самолет-мишень
Причем бронированая по самый не балуйся для обстрела настоящими пулями. Ну почти настоящими.
На первой и второй фотографии вовсе не заметно, что кабина P-63 так уж просторна. Тем не менее, многие советские летчики выделяют ее простор и удобство. К чему же они привыкли?
А вы в якорь сядьте? Только не на железку а по штатному на парашют. Фонарь наушники к голове прижимает.